overtonwindow (overtonwindow) wrote,
overtonwindow
overtonwindow

ХРУЩЁВ. Досье без ретуши




Конспект книги Ю.В. Емельянова

Н.С.Хрущёв родился в 1894 году, в селе Калиновка Курской губернии в крестьянской семье. С 10 лет помощник пастуха, в 14 лет (1908 год) приехал к отцу в Донбасс . Сначала был пастухом, затем чистил котлы, позже стал учеником слесаря (по версии самого Хрущёва, по другой версии он помогал отцу, поставлявшему на рудники сыромятные ремни).

В революционной атмосфере мая 1917 года молодой Хрущёв, ранее стоявший в стороне от политики и озабоченный только личными, корыстными интересами, быстро почувствовал новые заманчивые возможности и сразу же примкнул к политическому движению. Чувствующий настроение толпы молодой, энергичный, общительный, уверенный, умевший произносить пламенную речь, Хрущёв сразу же привлёк внимание.

Говорун и смутьян, на волне стихийного бунтарства завладев вниманием толпы с призывом сломать старый мир несправедливости и рабства, 29 мая 1917 года был избран председателем Совета Рутченковского рудника. Уже в декабре, после победы большевиков, встав на их сторону, Хрущёв был избран председателем профсоюза металлистов.

Когда началась немецкая оккупация Донбасса Хрущёв, поскольку сражаться за советскую власть он вовсе не собирался, покинул все общественные посты и бежал в родную деревню. В конце 1918-го года мобилизован в Красную Армию, где позже вступил в РКП(б), скорее всего из сугубо личных практических интересов. Об этом периоде, о Гражданской войне сам Хрущёв никаких воспоминаний не оставил. По одним данным был инструктором полит отдела армии. По другим данным (американский историк, бывший посол в СССР, Таубман), в боевых действиях не участвовал а состоял строительном батальоне (возможно эти подробности и были скрыты в тех 11-ти мешках уничтоженных после 1953-го года архивов).

Не освоив толком марксизм-ленинизм, Хрущёв быстро оценил огромную силу его воздействия на массы и воспринял прежде всего дух революционной борьбы. Он противопоставлял теоретическому мышлению интуитивные личные выводы, достигнутые им на основе жизненного опыта, при этом энергично декларируя абсолютную верность идеям Маркса, Ленина. В ту пору он, как и многие другие, вульгаризировал учение марксизма и искажал произношение слов марксистской лексики. Известна его любимая фраза “социализм - это когда больше сала”.

После возвращения из армии Хрущёв стал заместителем председателя Рутченковского рудоуправления по политической работе. Осознавая недостатки своего образования поступил в техникум и одновременно учился на рабфаке. Хрущёв быстро схватывал всё новое.

Оказавшись в выборе между учебой и политической карьерой Хрущёв предпочёл карьеру, став секретарём парторганизации техникума. Тогда же он познакомился и стал жить гражданским браком с преподавателем политэкономии техникума Н.П.Кухарчук (это был его третий брак и у него уже были дети). Обладая более высоким образованием его жена помогала ему и давала не мало дельных советов.

Это был период нэпа, когда монопольное положение партии делало её руководителей полновластными хозяевами, многие из них сотрудничали с нэпманами, брали взятки и старались “не отставать” в образе жизни от новых буржуа. Революционные лозунги служили им лишь прикрытием, что вызывало глубокое разочарование у рабочих и рядовых партийцев.

Воспользовавшись болезнью Ленина Троцкий стал демонстрировать своё нежелание подчинятся остальным членам политбюро. В партии обострилась борьба за власть. Троцкий в своем письме (октябрь 1923 г.), подписанное 46 видными деятелями партии, резко критиковал политбюро и требовал смены курса. В то время о дореволюционной борьбе Троцкого против Ленина было известно лишь старым подпольщикам, поэтому Троцкого поддержали в основном молодые коммунисты после революционного призыва. Хрущёв не верно оценил возможности Троцкого возглавить партию и поддержал троцкистов. В то время Хрущёв был избран вторым секретарём райкома партии.

Партийные организации Донбасса почти поголовно проголосовали за резолюции осуждавшие троцкистов. Сначала Хрущёв упорствовал, но оказавшись под ударами жесткой критики, осознал ошибку и понял, что для восстановления доверия руководства он должен публично обнаружить в себе пороки и покаяться. Теперь и он стал с яростным пылом клеймить троцкистов. Это углубило его беспринципность, научило обвинять своих противников с тем же яростным пылом и беспощадным преувеличением, с какими обвиняли его в троцкизме.

Стараясь уйти от ударов политической борьбы он активно занялся хозяйственной деятельностью и старался доказать свою лояльность искренне увлёкся работой восстановительного периода. Но его “товарищи” не забывали его “уклонизма”. В конце концов в 1925 году Хрущёв, воспользовавшись присутствием Л.М.Кагановича на окружной конференции, обратился к нему с просьбой о переводе в другое место.

В дальнейших столкновениях с “новой оппозицией” и позже с “объединённой оппозицией” Хрущёв демонстрировал безграничную преданность сталинской группировке. Будучи в среде опасности был крайне осторожен, а его безидейность и беспринципность позволяла ему сохранять хладнокровие и остроту ума. Так сплетя интригу добился обвинения в “грехопадении” своего начальника Моисеенко, но к его огорчению не был назначен на освободившееся место.

Хрущёв вновь обратился к Кагановичу и тот убедившись в его исполнительности, незаурядной энергии и преданности назначил его заместителем заведующего отделом ЦК КП(б) Украины (май 1928г).

Но уже в начале 1929 года он просил С.В.Косиора отпустить на учёбу в Промакадемию. Историки предполагали, что он решил последовать за переезжающим в Москву Кагановичем или возможно, что он решил покинуть опасное сообщество противников Сталина Косиора и Якира (репрессированных позже), возможно прощупавших его как бывшего сторонника Троцкого (версия Таубмена).

Поступление в Промакадемию давало возможность преодолеть недостатки в образовании но, возможности для него в партийной деятельности показались ему более привлекательными и он почти сразу с головой ушел в политическую работу. Несмотря на недавний разгром сторонников Бухарина руководство партийной ячейки академии было в руках “правых”. В академии училась и жена Сталина которая, естественно, постоянно информировала его о делах в академии. Хрущёв это учитывал и использовал.

В Промакадемии Хрущёв сразу же включился в политическую борьбу, стал возмутителем спокойствия возглавив лагерь борцов с “правыми уклонистами” и в конечном итоге, при поддержке свыше, его бунт увенчался успехом. Возглавив парторганизацию Промакадемии, Хрущёв продолжал проявлять неуёмную активность в борьбе с противниками сталинского курса и порой перегибал палку в своём рвении. Когда “Правда” положительно оценила заявление Бухарина о признании им своих ошибок, Хрущёв поспешил принять резолюцию в которой объявил эту оценку “ультралевой политической ошибкой”.

Хрущёв полностью использовал случайно сложившуюся ситуацию в Промакадемии которая вывела его на самый высокий этаж в партийной иерархии, тогда его поддерживали Каганович и Сталин. Уже в январе 1930 года Хрущёв был избран секретарем Бауманского райкома ВКП(б) где он ещё активнее развернул борьбу с “правыми” обнаруживая их везде. И уже в том же году он был избран первым секретарём Краснопресненского райкома.

Осознавая реальное положение страны Сталин заявил: “Мы отстали от передовых стран на 50,100 лет и должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут”. Подъем экономики страны был главной задачей партии и правительства. Сталин сам трудился с полной самоотдачей, не делая себе и ни кому поблажек, всё время держал аппарат в напряжении. Шла первая пятилетка и партия принимала все меры для подъёма трудового энтузиазма, началась реконструкция Москвы, строительство метро. Решено было превратить Москву в лучшую столицу мира. В стране ощущалась острая нехватка специалистов и техники.

Хрущёв энергично включился в работу. Обладая наблюдательностью и цепкой памятью он старательно распространял передовой опыт, замечал и резко критиковал нелепости в организации труда. провёл ряд положительных инициатив. Хрущёв знал, что находится под пристальным вниманием и старался быть очень осторожным, подхватывал все предложения Сталина и воплощал их в жизнь. Но иногда увлекаясь не знал меры, никого не слушал и шёл напролом как танк.

На 17 съезде (1934 год) Хрущёв выступил с отчётом от МГК, открыв его изъявлением восторгов в адрес Сталина (упомянул 12 раз называя его великим и гениальным), при этом он переносит акцент на “окончательное уничтожение” “всех остатков правых и левых оппортунистов” и призывая “усилить органы диктатуры пролетариата”. (в то время как Сталин выдвигал программу действий на идейно-политическую консолидацию общества.) Хрущёв также пообещал “досрочно сдать в эксплуатацию метро” к ноябрьской годовщине. (Но метро было сдано в мае 1935г). Хрущёв уже твёрдо сложился как красноречивый, напористый, легко обещающий оратор популист. В тоже время это был хитрый и жестокий борец с “врагами народа”.

В 1934 году произошло объединение ОГПУ с НКВД в единый наркомат НКВД. Наркомом НКВД становится законспирированный троцкист Генрих Ягода (Гершель Иегуда). Произошло то, чего давно домогались троцкисты, согласно директивам своего вождя, бить по сталинскому руководству на всех уровнях, с размахом, во всесоюзном масштабе, захватывая ведущие посты в руководстве партии.

В высших партийных кругах ширились интриги на отстранение от власти некоторых членов Политбюро и самого Сталина. Группа видных деятелей предложила убрать из Политбюро Молотова и избрать генеральным секретарём Кирова, но тот отказался сам. В руководстве Красной Армии сложился заговор, имевший целью установление власти военных во главе с М.Тухачевским. С ними контактировал нарком внутренних дел Г.Г. Ягода. Троцкий и его сторонники разрабатывали свои планы.

1 декабря 1934 года произошло убийство СМ. Кирова, как открылось позже, при попустительстве руководства НКВД. Сталин, потрясенный этим убийством,настаивает на создании комиссии ЦК для выяснения положения дел и деятельности НКВДвообще. И вот тут-то выявляются документы, уличающие направленность действий Ягоды и его связь (а также других руководителей НКВД) с уже образовавшейся подпольной оппозицией, с лицами, занимавшими крупные посты - с Зиновьевым, Каменевым, Енукидзе и др. Следствие выявляет также, что кое-какие следы от Зиновьева - Енукидзе ведут и в армию. Постепенно выявляется настоящая подпольная организация со своими людьми на периферии, со связями в армии (Тухачевский и др.), в НКВД.

В январе 1937 года, на процессе по “делу Пятакова и других”, была выявлена связь Тухачевского с подсудимыми и с заграницей. На пленуме ЦК Молотов сообщил собравшимся о широком размахе деятельности троцкистов, ставшими агентами иностранных разведок. Все выступавшие призывали к беспощадной борьбе с оппозицией. Сталин решительно осудил попытки свести борьбу за укрепление строя к преследованию бывших троцкистов, которые уже отошли от них, критиковал огульное исключение из партии и привёл вопиющий пример из практики Московской области, которой руководил Хрущёв. Сталин говорил о недопустимости использования крайних мер, и сделал вывод: “всё это вода на мельницу наших врагов”.

Сталин выразив сомнение в том, что партийные работники вообще разделяют марксизм, и предложил: “Старый лозунг об овладении техникой, заменить лозунгом о овладении большевизмом, о воспитании кадров, каждому руководителю подготовить двух заместителей”.

За два десятилетия в стране совершилась настоящая культурная революция. Миллионы молодых людей получили средне и высшее образование и в случае конкурса, предложенного Сталиным, Хрущёв мог бы потерять своё “руководящее положение”. Для многих “старых кадров” прозвучал сигнал тревоги. Но Сталину пришлось на долго отложить свой замысел.

В связи с новыми разоблачениями, открывшимися в результате расследований, март 1937года, стал месяцем резкого обострения явной и закулисной борьбы между тайными агентами Тухачевского и Сталина. На 1 мая заговорщики назначили переворот, но по тактическим соображениям он был перенесён. Тайная борьба переросла в открытую. Хрущёв демонстрировал свою твёрдую преданность Сталину. На Московской партконференции, сразу же после конференции было арестовано 19 её участников. А 2 июня уже было арестовано 300-400 человек.

На июньском пленуме 1937 года Ежов потребовал санкции на 11 членов и 14 кандидатов в члены ЦК замешанных в военном заговоре. Хрущёв активно поддерживал НКВД в разоблачении врагов. Между тем Ежов и его сотрудники более полагались на “подозрения” чем на доказательства. В это время Троцкий в своих публикациях за рубежом сознательно уверял что НКВД не сумели обнаружить его сторонников. Скорее всего так оно и было, так как среди репрессированных троцкистов оказалось в десять раз меньше, чем верных сторонников Сталина. По мнению историка Г.Т.Риттерспорн это говорит о том “Сталин не всегда управлял ходом событий” и даже утверждал, что в эти годы он потерпел “политическое поражение”. В ту пору сталинская система управления исходила из полного доверия руководителям ведомств.

Самыми кровожадными оказались Эйхе, выступивший с инициативой создания “троек” наделённых правом смертных приговоров и заявивший о желании расстрелять 10800 жителей Западно-Сибирского края и Хрущёв, который сумел подозрительно быстро обнаружить 41305 врагов в Московской области. Если в марте Сталин осуждал огульные исключения из партии, то с лета 1937 года такие исключения и арест стали обычным явлением. Особо отличился Хрущёв на посту секретаря Московского областного и городского комитетов ВКП(б), в период репрессий 1937-38 годов. Он настойчиво требовал повышения активности НКВД. “Москва – столица, - по отечески напоминал Никита Сергеевич, - ей не гоже отставать от Калуги или Рязани”. В ходе репрессий 1937, 1938 годов из 38 высших руководителей МГК уцелело лишь 3 человека, из 146 партсекретарей 136 репрессировано. Из 63 коммунистов избранных в Московский горком, 45 исчезло. Из 64 членов обкома исчезло 46.

В записке комиссии Политбюро (1988г) говорилось : “.. о причастности Хрущёва в проведении репрессий в Москве и области. Хрущёв сам направлял предложения об арестах руководящих работников”. Всего за 1936, 1937 годы органами НКВД Москвы и обл. было репрессировано 55 741 человек. Судя по всему, Хрущёв активно, с присущим ему энтузиазмом, участвовал в проведении репрессий. Хрущёв говорил: “Нужно уничтожить этих негодяев….. переступить через трупы врагов во благо народа!” Отношение Хрущёва к людям органично вытекало из его беспринципности и субъективного прагматизма. В этой обстановке Хрущёв уверенно продвигался вперёд на гребне волны. Он на собственном примере понял – противников и конкурентов надо добивать до конца, “нет человека, нет проблемы”

На январском пленуме ЦК (1938 год) на место П.П.Постышева кандидатом в члены политбюро был избран Хрущёв и Сталин направляет его на Украину. Хрущёв взял Успенского, руководившего НКВД Москвы, с собой на Украину.

На Украине при Хрущёве были арестованы все члены украинского политбюро, оргбюро и секретариата ЦК. Всё украинское правительство было смещено, все партийные руководители областей и их заместители были смещены, сняты все руководители военных округов РККА. Из 86 членов ЦК избранных в июне 1938 года, только трое уцелело через год. В 1938 году, то есть в первый год пребывания Хрущёва, в республике по политическим мотивам было арестовано 106 119 человек. Однако далеко не все аресты, были санкционированы в Москве. В 1938 году Хрущёв посылал жалобу Сталину: “Украина ежемесячно посылает 17,18 тысяч репрессированных, а Москва утверждает не более 2,3 тысяч. Прошу принять срочные меры”. Среди руководителей партии Хрущёв всегда выделялся демонстративным усердием. Многих, кого он тогда называл врагами, через 30 лет без угрызений совести назовёт “жертвами культа личности”.

Хрущёв был одним из немногих членов Политбюро, кто лично участвовал в допросах арестованных вместе с главой НКВД Успенским. В конечном итоге Успенский не выдержал и осознавая свою ответственность за незаконные репрессии бежал, но был арестован. Это серьезно ударило и по Хрущёву, но серьёзных последствий не имело. На прошении о помиловании, написанном супругой Успенского, Хрущёв “рекомендовал” отклонить просьбу. Как отмечал Судоплатов, это было “избавлением от свидетеля”.

Хрущёв умел заводить дружбу с нужными людьми. Ещё в 1929 году Хрущёв познакомился и сблизился с Ежовым, а несколько позже с Маленковым. До какого-то времени Хрущёв и Маленков активно поддерживали Ежова. Они оба стали профессиональными партработниками не имея стажа подпольной работы, оба активно боролись с “врагами народа”. Для этой компании, чудовищные обвинения в ходе “разоблачений”, часто были лишь обычными приёмами циничной политической борьбы, таким образом они избавлялись от реальных и потенциальных конкурентов, особенно с дореволюционным стажем партработы.

В 1938 году, в ЦК стал поступать большой поток жалоб о репрессиях невинных людей, Маленков, осознавая лживость многих обвинений, быстрее других понял опасность. В августе 1938 года он подготовил докладную записку Сталину “О перегибах”. Следствием этого явилось постановление “..о осуждении отдельных карьеристов-коммунистов старающихся выдвинутся на репрессиях.. путём огульных обвинений..”, ставшее прелюдией к завершению “ежовщины”.

Создавалось впечатление, что Ежов слишком уверился в бесконтрольности и безнаказанности. После ареста в его сейфе “были найдены личные дела, заведённые Ежовым на многих членов ЦК и даже на Сталина и Маленкова (личного друга). Не оказалось дел на Хрущёва, Молотова, Ворошилова и Кагановича”. Ежов видимо рассчитывал на поддержку Хрущёва. Есть данные о влиянии Троцкого на Ежова.

“Можно смело утверждать, что именно Мехлис с Ежовым являлись организаторами массовых репрессий в Красной Армии по отношению к военачальникам, преданным Советской Родине, партии, Сталину, выполняя этим самым директиву Троцкого. . . А тщательно законспирированные свои кадры в партии, в армии, в НКВД троцкисты, начали создавать еще ранее в лице всех этих ягод, хрущевых, ежовых, мехлисов, фри-новских, уборевичей и т.д. (К.Исламов “О Троцком…”)”.

Возможно Ежов запутался в политической игре, что и объясняет его беспробудное пьянство.

Обеспокоенный ситуацией сложившейся в НКВД Сталин предложил “подкрепить НКВД”, помочь Ежову. 22 августа 1938 года Берия назначили первым заместителем Ежова, а в ноябре поставили во главе НКВД вместо Ежова. По свидетельству Хрущева Берия не хотел возвращаться к работе в органы безопасности, но лучшей кандидатуры у Политбюро не было. Уже в сентябре Ежов пишет в Политбюро покаянное письмо-заявление с просьбой освободить его от должности наркома. Берия начал с реабилитации невинно осужденных и с наказания тех, кто участвовал в их осуждении. (в самом НКВД было осуждено 40 тысяч сотрудников). В этот период из тюрем вернулись в армию 1457 человек.

Хрущёв и Маленков постарались скрыть своё участие в организации фальсифицированных дел и возложить всю вину за произвол на Ежова. В своём выступлении на съезде Хрущёв объяснял успехи СССР в экономике уничтожением “врагов народа”. Позже, в своих мемуарах, он будет лицемерно возмущаться гибелью невинно оклеветанных людей.

22 марта 1939 года Хрущёв был избран членом Политбюро и стал первым не имевшим дореволюционного партстажа.

Следствием репрессий стало выдвижение на руководящие посты более молодых и энергичных людей. Они в меньшей степени были вовлечены в распри между группировками, но в то же время были более образованны и профессиональны. С другой стороны, если “красные командиры” смело брались за дела с которыми совершенно не были знакомы, то вначале “первые советские специалисты” сознавая необходимость глубоких знаний для управления хозяйством, робели и уступали дерзким “красным командирам”. Но уже с середины 30-х годов “старых партократов” начали уверенно теснить новые талантливые руководители, такие как Косыгин, Байбаков, Первухин, Зверев и др. В феврале 1941 года кандидатами в члены Политбюро избраны Вознесенский (возглавил Госплан) и Щербаков, сменивший Хрущёва в МГК. Хрущёв и другие “старые кадры” ревниво и с опаской относились к молодым выдвиженцам.

Страна прилагала неимоверные усилия для резкого подъема экономики страны. К этому времени СССР занял первое место Европе и второе в мире по показателям производства важнейших промышленных продуктов. Третий пятилетний план предусматривал увеличение промышленного производства в 2 раза. Ежегодный прирост обороной промышленности составлял 39%. По словам Молотова: “.. народ был в колоссальном напряжении.”.

Пытаясь оттянуть начало войны Сталин заключил мирный договор с Германией. Однако годы передышки Германия использовала для наращивания своей мощи. Захватив Францию, Польшу, Бельгию и ряд других стран, заручившись поддержкой союзников (Италия, Румыния), 22 июня 1941 года Германия и её союзники напали на СССР.

Позже, на ХХ-ом съезде Хрущёв обвинял Сталина в том, что страна оказалась не подготовленной к войне. Он утверждал, что Сталин игнорировал многочисленные предупреждения и не задолго до начала войны впал в депрессию. В действительности, в те дни Сталин активно действовал, чтобы сорвать нападение Гитлера уже осенью в 1940 году. Он принял решение, опередив события ввести войска в Прибалтику, чтобы быть готовым на рубежах более отдалённых от Ленинграда и Москвы.

Сейчас на основе многочисленных мемуаров и документов известно, в те дни Сталин буквально не покидал кабинета, принимал посетителей, вёл множество телефонных разговоров. Он был занят сбором информации о положении на фронте и разработкой решений. Тогда многие командиры растерялись, не смогли организовать оборону, скоординировать боевые действия и остановить панику. Многие в панике бросали технику и отступали. Это благоприятствовало быстрому продвижению врага и захвату складов с боеприпасами. Позже Хрущёв утрировал эти события, сваливал вину на Сталина, говорил: “винтовок нет, пулемётов нет, авиации совсем не осталось. Даётся указание самим ковать оружие, делать пики, ножи..” В своих мемуарах он писал, что благодаря ему (Хрущёву!) советские войска успешно вели боевые действия.

В первой половине июля 1941 года, под руководством Хрущёва, была создана оперативная группа ЦК КП (б) Украины, формировавшая партизанские отряды в Киевской, Житомирской, Харьковской областях. Партийные и комсомольские организации готовились к переходу на нелегальное положение, для чего создавались тайные склады оружия и продовольствия. Партизанское движение охватило все оккупированные республики, особенно Белоруссию, поэтому, создание единого центра было поручено Пономаренко (ЦК КПб Белоруссии). Хрущёв хотел установить свой контроль над всем движением и создал свой штаб движения, сделав его независимым от Центрального штаба. С одобрения Хрущёва, “одним из руководителей партизан Украины, Фёдоровым, по всей Украине была распространена листовка, в которой он объявлял себя главнокомандующим всеми партизанскими отрядами”. Пономаренко сначала принял её за фашистскую провокацию, но когда выяснилось, дело замяли, иначе “не сносить “дорогому Никите Сергеевичу” головы”.

10 июля немецкие войска вышли к реке Ирпень в 15 км. от Киева, так началась битва за Киев. Жуков во время доклада 29 июля предложил оставить Киев. Но уверенные обещания Хрущёва и Крипоноса (командующий Юго-Западным фронтом) удержать оборону по Днепру привели к тому, что Сталин резко отчитал Жукова и после резкого разговора отправил его в отставку с поста начальника Генштаба.

Хрущёв и Крипонос докладывали Сталину о намеченном наступлении от Корсуни в направлении Звенигородка-Умань на помощь 6-ой и 12-ой армий, но вскоре выяснилось, что это невозможно, т.к. 1 августа немцы начали новое наступление на Киев и ворвались в юго-западные пригороды Киева. К этому времени войска 6-ой и 12-ой армий попали в окружение, но Крипонос решительно продолжал отрицать возможность сдачи Киева. В эти дни Хрущёв организовывал строительство оборонительных сооружений. 16 августа наши войска выбили немцев из пригородов. Однако после того как немецкие войска овладели Белоруссией развернули наступление на Киев с севера и с юга одновременно. 9 сентября Василевский, Шапошников и Жуков убедили Сталина на частичный отход от Днепра. 17 сентября Шапошников, ссылаясь на Крипоноса, доложил, что “враг пока не в состоянии преодолеть оборону Киева и сказал: “я остаюсь при мнении, биться на смерть, но Киева не оставлять”. Положение стало хуже и 18 сентября ставка согласилась оставить Киев, но было уже поздно и советские войска попали в окружение. Погибли Крипонос, Тупиков (начальник штаба фронта) и Бурмистенко (член Военного совета фронта), сотни тысяч солдат оказались в плену.

Сталин прямо заявил Хрущёву, что за безрассудные действия он заслуживает суда. Наверно Хрущёв не был виноват, оставшись в живых единственным из тех, кто мог отвечать за все неудачи, но он способствовал укреплению иллюзорных настроений в Ставке о возможности удержать фронт.

29 сентября немцы вновь развернули наступление из района Днепропетровска и 21 октября был сдан город Сталино, а 24 октября город Харьков.

В ходе зимнего наступления 1941,42 годов Красная Армия сумела вернуть Ростов и потеснить немецко – фашистские войска в районе Изюма, создав Барвенковский выступ, но освободить Донбасс и Харьков не удалось.

Начальник Генштаба Шапошников и Жуков предлагали летом 1942 года перейти к стратегической обороне. Сталин согласился, но решил провести ряд небольших операций.

Военный совет Юго-Западного фронта (Тимошенко и Хрущёв) предложил разгромить противостоящие силы противника и выйти на средний Днепр (Гомель, Киев, Черкассы). Хрущёв играл главную роль в разработке идеи этого плана как политический руководитель (член Военного совета). Генштаб и Сталин указали на невозможность этой операции, но “дали разрешение Тимошенко на разработку более узкой операции”. Командование Юго-Западным фронта наметило нанести удар из района Водочанска и Барвнковского плацдарма по сходящимся направлениям и овладеть Харьковом.

Шапошников считал слишком рискованным наступление из “оперативного мешка”. Однако командование фронта заверило Сталина в полном успехе операции и он разрешил её, распорядившись считать операцию внутренним делом направления.

12 мая войска Юго-Западного фронта перешли в наступление. Вначале оно развивалось успешно, что позволило упрекнуть Генштаб в противодействии, но оказалось, что разведка проглядела сосредоточение одиннадцати дивизий с большим количеством танков в районе Краматорска. Неожиданный удар 17 мая создал угрожающее положение, но главком направления готовил контр удар собственными силами не прекращая наступление на Харьков. Генштаб выделил войска, но они могли прибыть туда только на 3, 4 сутки. Остановить гитлеровские войска можно было только прекратив наступление на Харьков, что предлагал Штименко. Хрущёв и Штименко убедили Сталина что опасность преувеличена и наступление продолжалось. Лишь 19 мая, после того как противник вышел в тыл советским войскам, Тимошенко отдал, наконец, приказ прекратить наступление на Харьков и бросить все силы на ликвидацию прорыва. Но было уже слишком поздно. Три армии понесли тяжелейшие потери. По данным немцев только пленных было захвачено 240 тысяч.


Читать дальше.Источник


Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments